Главный учёный секретарь УрО РАН Е.В. Попов:
"
Наша амбиция - стать лидерами"

 
 

«Наука Урала» продолжает представлять обновленное руководство УрО РАН — команду академика В.Н. Чарушина. Но если заместителя председателя, лидера Пермского научного центра академика В.П. Матвеенко (интервью с ним см. в «НУ»№2) читатели давно и хорошо знают, то утвержденный в должности главного ученого секретаря отделения доктор экономических и физико-математических наук Е.В. Попов человек для некоторых новый. Поэтому наша беседа получилась более обстоятельной и «биографичной».


 



 

Главный учёный секретарь УрО РАН доктор экономических и физико-математических наук Евгений Васильевич Попов. Фото С. Новикова.    — Уважаемый Евгений Васильевич, прежде всего, как вы пришли в науку, кто и как пробудил к ней интерес?

    — Родился и вырос я в Свердловске, окончил семидесятую «английскую» школу. Класс у нас был сильный, дружный, мы до сих пор периодически встречаемся. После школы поступил на физико-технический факультет УПИ, окончил его с отличием, диплом защитил на английском языке — по тем временам большая редкость. Тогда же начал заниматься общественной работой, был секретарем комсомольской организации физтеха. Меня оставили на кафедре, приняли в аспирантуру. Первым моим наставником был профессор Анатолий Иванович Купряжкин, «молекулярный» физик школы академика Владимира Павловича Скрипова. Именно он научил не бояться неординарных подходов, сворачивать с проторенной дорожки и находить неожиданное решение — все это важнейшие составляющие научного мышления. Моя кандидатская диссертация была посвящена уточнению способов получения ядерного топлива, конкретно — диссоциативной диффузии инертных газов в аналогах фторида урана. Было обнаружено несколько интересных эффектов, а кроме того, уже тогда я серьезно занялся математическими построениями и считал себя больше математиком, чем физиком. После небольшого перерыва (работал заместителем секретаря комитета ВЛКСМ УПИ) перешел на вновь созданную кафедру методов и приборов контроля качества, возглавляемую профессором Всеволодом Семеновичем Кортовым. Моим научным руководителем стал профессор Рафаил Исаакович Минц. Это была абсолютно новая область знаний — биофизика. Уже двадцать лет назад мы пытались создавать из биоматериалов простейшие диоды и транзисторы. По этой тематике в 1993 году защитил свою первую докторскую диссертацию. В нее вошло и мое высшее математическое достижение, которым горжусь — точное решение системы трех дифференциальных уравнений в частных производных второго порядка с граничными условиями третьего рода. Решение это, занимающее 80 страниц, позволяет описывать сложные многофазные диффузионные процессы и было довольно высоко оценено специалистами. Не могу не отметить также, что одним из моих дипломников был Игорь Леонидович Манжуров, ныне заместитель председателя УрО РАН. Его диплом был посвящен хемосенсорным пьезорезонаторам — оригинальным высокочувствительным устройствам из биоматериалов. Мы написали несколько совместных статей, наш доклад должен был открывать конференцию во французском Страсбурге, но из-за отсутствия денег поехать туда не удалось.
 

— Вероятно, речь идет о начале девяностых, когда отечественная наука оказалась на грани развала, ученые лишились и зарплат, и средств на эксперименты…
 

— Именно так. Наши исследования были из разряда дорогостоящих, продолжать их не было никакой возможности. Так же, как заниматься «чистой» математикой. И тогда я выиграл конкурс на должность директора регионального представительства швейцарско-шведской фирмы АВВ — одной из самых известных в Европе фирм, занимающихся энергомашиностроением. Это близко к моей физтеховской специальности и очень расширило мой «рыночный» кругозор. Согласно контракту с ABB я прошел серьезное обучение приемам прикладной экономики, в большей степени маркетингу, в Швейцарии и Финляндии. Это была основательное обучение с очень хорошими преподавателями по самым передовым разработкам в области экономики. Благодаря этому я решил заниматься экономикой профессионально, поскольку понял, что могу добиться здесь приличных результатов.
 

— Сегодня вы — доктор экономических и физико-математических наук. Понятно, что физтеховское образование дает широкий кругозор, немало выпускников этого факультета стали философами, экологами, есть хороший композитор… И все же не каждому удается поменять «техническую» специализацию на «гуманитарную» без потери качества. Как удалось это вам?
 

— На самом деле общественные науки, как и математика, интересовали меня со студенчества. Неслучайно еще на пятом курсе я получил медаль Минобразования РФ за исследовательскую работу в области общественных наук. Кроме того, экономика, особенно современная, все-таки не настолько гуманитарна, как, предположим, история или филология. Она требует глубоких математических знаний, хорошего «технического» аппарата. К тому же моя жена, многие друзья — экономисты. Поэтому для меня такой переход был абсолютно закономерен. А первым наставником стал зав. кафедрой экономики энергетики УГТУ-УПИ профессор Юрий Борисович Клюев. Ему я благодарен за то, что в начале 1990-х годов он не побоялся внедрять в учебные курсы такие передовые дисциплины, как маркетинг. В Техническом университете в числе первых я начал преподавать эту дисциплину. Тогда же познакомился с будущим академиком Александром Ивановичем Татаркиным, который поддержал меня при внедрении новаторских подходов к осмыслению экономических процессов. Именно по его инициативе в Екатеринбурге был создан Проблемный совет по маркетингу — своеобразный клуб, где живо обсуждались свежие идеи. В Уральском госуниверситете я получил дополнительное профессиональное образование по специальности «Преподаватель экономической теории». В итоге в 1999 году защитил вторую докторскую диссертацию по планированию маркетинговой деятельности промышленных предприятий. Параллельно от моего учителя Александра Ивановича Татаркина мне поступило предложение стать заместителем директора Института экономики УрО РАН, и я согласился, хотя были другие предложения, о чем нисколько не жалею — наоборот. С самого начала мне была предоставлена счастливая возможность заниматься передовой тематикой, и в 2002 году я возглавил отдел (ныне центр) экономической теории Института экономики УрО РАН. Основным предметом моих занятий (опять же при поддержке Александра Ивановича Татаркина) стала институциональная экономика — то, чем активно занимаются во всем мире. Достаточно сказать, что именно за такие исследования присуждено несколько Нобелевских премий последних лет. И в этой области Екатеринбург сегодня — один из главных центров страны, а с точки зрения применения институциональных моделей для предприятий мы — признанные лидеры, причем неплохо выглядим и на мировом уровне. Вопреки инерции прежнего мышления, создано довольно сильное научное направление, защищены несколько докторских, больше полутора десятка кандидатских диссертаций, наша молодежь получает престижные награды. С 2004 года у нас издается «Журнал экономической теории» с грифом ВАК, где печатаются специалисты международного класса. В Екатеринбурге прошли уже три всероссийских симпозиума по экономической теории под председательством вице-президента РАН академика Александра Дмитриевича Некипелова. Форумов такого уровня нет ни в Москве, ни в Санкт-Петербурге. Думаю, всем этим можно гордиться.
 

— Ясно, что, перейдя на работу в президиум УрО РАН, вы не перестали заниматься собственно наукой. И все-таки работа главного ученого секретаря — прежде всего организационная, в определенном смысле менеджерская. Какие задачи вы ставите перед собой в качестве одного из ведущих участников команды председателя УрО РАН?
 

— На работу в президиум меня пригласил летом прошлого года Валерий Николаевич Чарушин, и я с радостью согласился. Во-первых, потому, что знаю его еще по УГТУ — УПИ, когда мы оба заведовали лабораториями. Во-вторых, потому, что представилась возможность более активно участвовать в развитии УрО РАН, придать этому развитию позитивный импульс. Люди, собранные Чарушиным, — это по академическим меркам молодая (всем вновь пришедшим заместителям около пятидесяти), в хорошем смысле амбициозная команда. Амбиция наша заключается в том, чтобы помочь Уральскому отделению стать лидером отечественной науки в семи — десяти областях знаний. Для этого есть хорошие заделы по целому ряду направлений. Так, в 2009 году впервые в истории УрО РАН координатором одной из тридцати программ президиума РАН стал наш выдающийся математик академик Николай Николаевич Красовский. Очень радует появление новых сверхсовременных научных направлений, в частности, спинтроники, развиваемой под руководством академика Владимира Васильевича Устинова. Это «нобелевский» уровень физики — даже не шестого, «завтрашнего» экономического уклада, а седьмого, «послезавтрашнего». В прекрасной творческой форме наши физики (академики Г.А. Месяц, Ю.А. Изюмов, М.В. Садовский), материаловеды (академики Г.П. Швейкин, Н.А. Ватолин, В.М. Счастливцев), биологи (академики В.Н. Большаков, М.П. Рощевский, В.А. Черешнев), геологи (академики В.А. Коротеев, Н.П. Юшкин), гуманитарии (академик В.В. Алексеев). Еще один пример творческой результативности — индекс цитирования химиков-органиков (академики О.Н. Чупахин и В.Н. Чарушин), превышающий 1000 баллов, — один из лучших показателей во всей Академии. Значит, их работы более чем востребованы.
 

Вообще, кредо нашей команды, как формулирует его сам Валерий Николаевич Чарушин — деликатное эволюционное развитие: задействовать опыт зрелых, помогать молодым. Это ни в коем случае не жесткое реформирование, но последовательное движение вперед на основе накопленных традиций. Неслучайно команда начала с создания стратегического плана на предстоящие 15 лет. Уже определены ориентиры по основным разделам, сейчас идет их наполнение, в мае — июне программа должна быть окончательно принята.
 

Кроме того, в функции главного ученого секретаря входят многочисленные обязанности по руководству аппаратом президиума, в том числе составление отчетов, ближайших планов. Признаюсь честно: пришел сюда с ощущением, что наши научные достижения нередко плохо «подаются», их надо ярче, современнее показывать. Думаю, исправить это поможет мой опыт маркетолога. Разумеется, Уральскому отделению необходима серьезная поддержка общественности, центральной и региональной власти. Отношения с ними у нас хорошие, но их нужно развивать. И, конечно же, необходимо стабильное федеральное финансирование…
 

— Но как раз с этим сейчас проблемы. В мире, в стране — кризис, идет сокращение бюджетных расходов. В разговоре с экономистом этой темы избежать невозможно. Ваш прогноз развития событий — вообще и на «академическом поле» в частности?
 

— Сейчас о кризисе больше говорят как о зле, часто рисуют самую мрачную, пессимистическую картину. Но есть другой взгляд, и в этом смысле я оптимист. Сошлюсь на подкрепленный экспертами прогноз полпреда президента по УрФО Николая Александровича Винниченко: в России кризис достигнет своего предела уже в этом году, а к концу лета возможен медленный подъем экономики. Естественно, развитие кризиса связано с множеством убытков, другими трудностями, но имеет и немало плюсов. Происходит глобальная переоценка ценностей, большая чистка рыночного хозяйства. Активы, цены на которые были взвинчены из-за спекуляций на рынке ценных бумаг, приближаются к реальной стоимости. Дешевеют аренда помещений, жилье. Девальвация рубля, которой многие так боятся, имеет и положительную сторону — она ведет к повышению конкурентоспособности отечественных товаров. Конечно, все это сложные процессы, многое зависит от мудрости руководства нашей страны, решений европейских и североамериканских руководителей. Ведь мы живем во взаимозависимом мире. Но специалисты очень хорошо понимают: выход можно найти только с помощью инструментов институциональной экономики, на основе выработанных ею подходов.
 

Что касается финансирования РАН и УрО РАН — твердо верю, что оно стабилизируется. Руководство страны прекрасно понимает: без науки движение вперед невозможно.
 


Вел беседу Андрей ПОНИЗОВКИН
Фото С. НОВИКОВА
 



 

НАУКА УРАЛА
Газета Уральского отделения Российской академии наук
Март 2009 г. № 06 (990)

10.03.09

 Рейтинг ресурсов